Мировая сенсация

Интервью с заведующим отделением детской онкологии, хирургии головы и шеи и нейрохирургии им. Дмитрия Рогачева Минздрава России Игорем Николаевичем Ворожцовым, который является руководителем протокола клинического исследования «Эффективность и безопасность сиролимуса у детей и подростков с ювенальной ангиофибромой основания черепа», реализуемым при поддержке фонда «Наука – детям».

 - Игорь Николаевич, расскажите, пожалуйста, в чем суть протокола клинического исследования «Эффективность и безопасность сиролимуса у детей и подростков с ювенальной ангиофибромой основания черепа». На какой срок он рассчитан и какова его значимость?

- Проект изначально был рассчитан до 2030 года с оценкой трехлетнего катамнеза, хотя в начале набор пациентов был не таким высоким. Проект зарегистрирован и стартовал в сентябре 2022 года, тогда же он был зарегистрирован на clinicaltrial.com.

Суть проекта заключается в следующем: орфанные заболевания, сосудистые опухоли крайне редки у подростков в пубертатном периоде, сложно расположены и несут очень большие риски. На сегодняшний момент во всем мире единственным способом их лечения остается радикальное хирургическое удаление, но оно сопряжено с серьезными рисками. Несмотря на то что это опухоль доброкачественная и ею страдают в основном подростки, как правило, наблюдаются массивные профузные кровопотери, иногда доходящие до геморрагического шока и требующие одномоментной заместительной гемотрансфузии в объеме одного или двух объемов циркулирующей крови, в том числе с аппаратами аутореинфузии крови. А также при распространении в орбиту или интракраниально могут сопровождаться слепотой, соответствующими инсультными состояниями и другими серьезными рисками для пациента. Изучая данную проблему, мы и пришли к выводу, что можно попытаться воздействовать на опухоль медикаментозно с целью уменьшения ее размеров, поскольку нецелесообразно так рисковать здоровьем ради доброкачественного образования.

Была разработана гипотеза, что мы можем подействовать на молекулярном уровне на природу опухоли, используя уже известный препарат, который применялся для снижения иммунитета и подавления отторжения трансплантатов, например почек, у пациентов. Используя mTOR-ингибитор как точку воздействия, которая через AKT-протеинкиназный путь приводит к снижению выработки фактора роста эндотелия сосудов, а также через угнетение бета-катенинового пути также в конечном счете приводит к снижению фактора роста эндотелия сосудов.

Проводя пилотные исследования, мы получили ошеломляющие результаты, поэтому была запущена основная фаза. У этих пациентов скорректированы дозировки применения, поскольку в процессе пилотной фазы нами было замечено, что есть ярко выраженный дозозависимый эффект. На сегодняшний момент дозировки скорректированы уже дважды в основной фазе с внесенными правками.

Пациенты быстро набирают необходимую концентрацию препарата в крови. Как правило, происходит сокращение опухолевой массы в объеме за первые три месяца терапии более чем на 50% и замещение оставшегося гиперваскулярного компонента на аваскулярный. Соответственно, при последующем хирургическом удалении операция проходит быстро, без риска, вышеперечисленные хирургические осложнения нивелируются без выраженной кровопотери. Пациенты быстро восстанавливаются и могут отправиться домой.

За последние полгода мы заметили, что у ряда пациентов происходит еще более значительное сокращение: у нескольких пациентов — на 75%, а один пациент за 9 месяцев сократился на 92% от первоначального объема.

- То есть сначала без операции?

- Да. И сейчас мы хотим внести еще одни правки через этический комитет, для того чтобы выделить в одну группу таких пациентов, чтобы они получали препараты в течение более длительного срока и таким образом смогли полностью избежать хирургического вмешательства.

Вторая группа пациентов, второй рукав в исследовании, — это пациенты с рецидивами заболевания, которым мы раньше в случае рецидива вынуждены были делать иногда и 2, и 3, и 4 операции подряд. Сейчас все эти пациенты получают длительное лечение mTOR-ингибиторами, и у них мы достигаем контроля над заболеванием: образование перестает расти и через год также начинает замещаться на аваскулярный компонент, то есть, по большому счету, начинает дозревать. Такие пациенты получили возможность избегать лишнего хирургического лечения с еще большими рисками.

Этот эффект мы подтвердили молекулярно-генетически. Мы определили, что при секвенировании мРНК у пациентов, получающих сиролимус, происходит явление аутофагии за счет активации гена ATG-10. Также мы подтвердили эффекты аутофагии при электронной микроскопии, когда видели процесс начинающейся аутофагии в клетке: разрежение структурированных коллагеновых пучков, матрикса, что обуславливало именно интраоперационную мягкость данной ткани (не характерную для них изначально), набухание митохондрий, сморщенное ядрышко и большое количество лизосом внутри клетки.

- Большая ли команда по этому проекту?

- Пять человек.

- И все эти пять человек занимаются и исследованиями, и научной работой вместе? В России кто-то этим уже занимается? Или вы первые?

- Мы первые. Да и, в принципе, во всем мире очень следят за этим исследованием. Проспективное открытое нерандомизированное интервенционное исследование с группой исторического контроля с пилотной фазой. Уже есть запрос на публикацию предварительных данных. Мы как раз докладывали наши данные в устном докладе на SIOP asia 2026 (Улан-Батор, Монголия), который был отмечен дипломом как один из лучших. У нас подтвержден устный доклад на IFOS в Стамбуле в сентябре 2026. Это мероприятие по оториноларингологии и хирургии головы и шеи, которое проходит раз в 4 года в разных странах мира, как Олимпиада. Мы там будем докладывать наши результаты.

На сегодняшний момент у нас порядка, наверное, я сейчас точную цифру не скажу, но где-то около 33 пациентов. Мы планируем набрать 112 для того, чтобы завершить основную фазу процедуры и подсчитать результаты.

- И сказать точно...

- Да, и сказать точно. Но тенденция прослеживается к тому, что часть пациентов сможет вообще избежать хирургического лечения первичных опухолей. Все рецидивные пациенты полностью смогут избежать ненужного хирургического лечения. Соответственно, качество жизни у них улучшается, они продолжают радоваться жизни, посещать школьные учреждения и спортивные секции. А ряд пациентов, которые будут получать лечение, будут сокращаться до таких размеров, что их операция вместо трех- или пятичасовой сложной операции с колоссальными рисками будет проходить как любая несложная эндоскопическая операция, стандартная ЛОР-операция на полчаса.

- Как я понимаю, без поддержки фонда невозможно было начать эту работу. Я правильно понимаю?

- Да, совершенно верно, потому что препарат дорогой, его уходит на годовое лечение данного пациента большое количество, и он не входит ни в рамки ОМС, ни в рамки ВМП. Соответственно, как только мы получим достоверные результаты, мы сможем их подать в Минздрав, и тогда уже будут другие опции. На этой основе мы сможем добиваться внесения этого в категорию ВМП отдельной строкой.

- Это импортный препарат?

- Пока да, но я более чем уверен, что в ближайшие годы наши исследования помогут создать этот препарат здесь. Я думаю, что это будет неизбежно.

Мария Ракова