Звезды

Алексей Бакашин: Сегодня у меня в голове Ремарк, любовь и смерть

Российский поэт, музыкант и сонграйтер Алексей Бакашин недавно выпустил сольный альбом «Реальный кадр» в стиле «русской рок-электроники»

26.06.2019 10:20:27

Алексей Бакашин: Сегодня у меня в голове Ремарк, любовь и смерть
Алексей Бакашин: Сегодня у меня в голове Ремарк, любовь и смерть Фото: предоставлено пресс-службой Алексея Бакашина - МИА Кушнир Продакшн

Вскоре после этого он выступил с небольшим сетом на Красной площади. Мы, конечно же, не смогли удержаться от искушения расспросить артиста о том, что он чувствовал в эти волнующие минуты. Кроме того, Алексей поделился с нами своими мыслями о песнях «Машины времени», о своей любви к DepecheMode и о том, как попадает в его картину мира творчество группы 25/17.

Недавно вы представили свой сольный электронный проект «Бакашин» на Красной площади. Расскажите о своих эмоциях.

Это, конечно, была не презентация проекта, а участие в вечере памяти поэта Ильи Кормильцева, который организовал Александр Кушнир в рамках московского книжного фестиваля. Я очень благодарен, что позвали и дали возможность выступить. Уверен, что любой музыкант был бы счастлив сыграть в таком месте и в такой компании. Было атмосферно в прямом смысле этого слова - июньское небо над головой и невероятно поддерживающая публика.

Какая у вас любимая песня на альбоме «Реальный кадр»? Как вы ее написали?

 Они все бывают любимыми по очереди, потому что каждая песня отражает какое-то конкретное состояние духа, консервирует настроение. Сегодня у меня в голове играет песня «Пульсации» - в ней очень острая, контурная, черно-красная эмоция: Ремарк, любовь и смерть, отчаянное сближение двоих на грани коллапса всего мира.

Наверное, самая влиятельная российская рок-группа, у которой важны тексты, это «Машина времени». Что для вас значит ее творчество, как вы оцениваете рок-поэзию Андрея Макаревича?

Русский рок вообще больше текстовое, чем музыкальное явление. Роком пользовались как средством донесения идей и чувств, а в 80-е и ранние 90-е вообще не было настолько же быстрого и доступного канала распространения информации, как музыка на кассетах - магнитофонные альбомы разлетались по стране за считанные дни. Песни «Машины» звучали везде, конечно, но по-настоящему внимательно я их музыку отслушал, уже будучи студентом. Я не могу сказать, что открывал в текстах Макаревича радикально новые философские бездны, но на их примере я многое понял о том, как обращаться с текстами песен - у него они математически выверены в части драматургии и в них всегда очень точно и емко выделен главный посыл. А вообще, конечно, как-либо оценивать легендарные коллективы с моей стороны было бы вопиющей наглостью.

На дилетантский взгляд, писать тексты песен намного сложнее, чем стихи: нужно соблюдать ограничения по ритму, следить, чтобы слова хорошо пропевались и так далее. Это действительно так?

Для всех по-разному, наверное. Мне кажется, стихи писать сложнее, потому что поэт должен составить их так, чтобы читатель мог самостоятельно и безошибочно воспроизвести их ритмику и интонацию в своей голове. А когда автор поет или читает, он сам, вместо читателя, расставляет нужные ударения и акценты.

Строгих требований к размеру в песне на самом деле меньше - что-то можно проговорить скороговоркой, а что-то растянуть, что-то вытащить только за счет музыки. Удачные сочетания звуков и слов работают везде, а неудачные не воспринимаются ни в поэме, ни в песне. Но это всё же две разные истории - Северянина стоит читать самому, а Хаски нужно обязательно слушать.

Вы считаете себя закрытым человеком или открытым?

 В кругу близких я скорее открытый, на публике - более сдержан. Песни для меня - это как раз способ донести свои чувства в тщательно выверенной форме до всех этих загадочных посторонних.

Вы определяете стиль своего альбома «Реальный кадр» как «русская рок-электроника». А слушаете ли вы электронику вообще? Какой у вас любимый «электронный» альбом?

Значительная часть того, что я слушаю сейчас - это электроника. Первой композицией, совершенно поразившей меня еще мальчишкой, была Rockit Херби Хэнкока - помните финальную сцену из культового фильма «Курьер» с танцорами брейкданса? Потом были, конечно, все диско-группы, все эти PetShopBoys и Erasure, большая часть из которых была прослушана помимо моего желания (смеется).

Электронная музыка быстрее устаревает, но благодаря этому при прослушивании возвращает гораздо более сильные воспоминания, это лучший концентратор ностальгии, чем рок, который менее завязан на саунд, но больше привязан к личности.

Настоящей любовью для меня были и остаются DepecheMode, Prodigy и прочие «химбратья». А под OutThereandBack Пола ван Дайка я месяц чертил диплом по ночам. Вероятно, без электронной музыки я так и не стал бы инженером (смеется). Рок меня расслабляет, электроника делает собранным.

Вы распространяете свой альбом и через цифровые платформы, и «на физике». Получаете ли вы какую-то обратную связь, откуда она идет больше всего?

Пока лидирует стриминг. «Физика» хороша как мерч и как сувениры для друзей. Трек в айтюнс сложно подписать на память, а с помощью дисков можно устраивать эти смешные, старомодные и душевные автограф-сессии.

Следите ли вы за творчеством современных российских рок-бардов? Чье творчество вам наиболее созвучно?

 За современным «чистым» роком слежу мало… Самое интересное сейчас происходит на стыках жанров. Творчество 25/17, например, попадает в мою картину мира идеально. Это - звезды, а есть еще масса других, абсолютно гениальных и широкому кругу не известных - например, Саша Самойленко из Челябинска и Денис Катонов из Брянска. Их, конечно, надо слушать живьем - соцсети дают возможность следить за анонсами их выступлений.

Как происходит процесс творческого роста в поэзии? К примеру, художники говорят, что для развития вкуса, чувства композиции нужно учиться у старых мастеров…

Глупо делать вид, что до тебя никого не существовало и ты поэт-самородок! Конечно, я много учился и продолжаю учиться. Галерея моих педагогов велика - от Пушкина и Маршака до Оксимирона и Бледного! 

Если бы вас пригласили принять участие в каком-нибудь концерте в поддержку журналиста Ивана Голунова, согласились бы вы?

Думаю, там уже очередь на пару лет вперед. Я не знаю Ивана лично, но слежу за тем, что публикуется в открытых источниках в связи с этим делом. Могу только сказать, что пока не пришел к четкой собственной позиции.