Общество

Вера Глаголева: «Мы успеем...»

Обозреватель Русской Планеты вспоминает о бесценных днях работы с актрисой

17.08.2017 13:58:04

Вера Глаголева: «Мы успеем...»
Вера Глаголева: «Мы успеем...» Фото: Владимир Соколов (МКФ "Зеркало", 2011 год)

За годы работы в кино судьба свела меня с Верой Витальевной лишь однажды и всего на 10 дней. Это было в уже неблизком феврале 2012 года, когда мы вместе ловили «уходящую натуру».

Попытка снять задорную новогоднюю комедию на излете зимы, да еще в Минске, где земля становится по-весеннему черной, как правило, раньше, чем в Москве, была чистой воды авантюрой.

Первоначально кино планировали назвать «Здравствуйте, приехали!», позже рабочее название сократилось до емкого, но безликого «Двое». В прокат картина вышла под названием «Случайные знакомые».

— Можем и не успеть! — флегматично сказала в «предзапуске», глубокомысленно затягиваясь сигаретой, второй режиссер Татьяна, мониторившая прогноз погоды. — 28 февраля уже будет +2º. Какая ж это зима?

— А мы успеем, —улыбнулась Вера Витальевна той самой, известной нам по ее киноработам неповторимой «глаголевской» улыбкой — такой звонко-девчоночьей, беззаботно-чистой.

Осмотрев пейзажи, где в ближайшие 10 дней нам предстояло «вместе весело пахать на просторах» по 18 часов в день, мы вернулись в минский офис на Логойском тракте. И уже ближе к полуночи устроили читку сценария.

Прочитав первые 10 страниц «искрометной комедии» — не соблюдая чинов и званий! — все смеялись, как школьники, по-детски, со слезами на глазах. Но причиной нашего смеха были не диалоги и хитросплетения сюжета, а синхронное осознание того, что «на коленке у ближайшего рва» сценарий придется переделывать.

- Ты ведь сможешь все это переписать? – спросила Вера Витальевна у редактора картины (то есть, у меня). — Ведь сможешь?

Я хотел было сказать, что на это мне потребуется недели две. И снимать эту новогоднюю комедию нам, скорее всего, придется на фоне деревьев с обозначившейся листвой, но, посмотрев ей в глаза, неожиданно для самого себя ответил:

— Смогу.

Есть люди, которым так не хочется говорить «Нет». Одной из них была Вера Глаголева.

До начала первой смены оставалось еще целых 8 часов.

И мы принялись работать над сценарием.

— Будешь пиццу? – спросила Глаголева ближе к часу ночи, когда самые стойкие работники съемочной группы, приготовив все, что можно было приготовить на завтра, ушли домой.

— Не ем после шести, - попытался отмахнуться я, мечтая поскорее попасть к жене и детям.

— А скоро шесть. Утра. — пожала плечами она. Неиссякаемой энергии Веры Витальевны могли бы позавидовать многие.

Покончив с пиццей из картонной коробки, мы лихорадочно соображали, что можем сделать с таким материалом. И к утру мне уже казалось, что «мозаика» изломанных донельзя и противоречивых линий сценария начинает собираться во что-то похожее на сюжет. Все выстраивалось в одну причинно-следственную связь. Все начинало работать. Пока что на бумаге.

- У нас получится, обязательно получится, - говорила она. И я ей верил.

Но в первый же съемочный день все, как это обычно бывает, пошло наперекосяк. Актер, игравший роль судебного защитника главной героини, отказался сниматься.

— Адвоката сыграешь ты, — быстро отыскала меня глазами среди членов съемочной группы Вера Витальевна.

Я и возразить-то не успел толком, а костюмер Инга Муратова уже отчаянно натягивала мне на голову шапку, которая была на 2 размера меньше.

— Как мне играть-то? – крикнул я Вере Витальевне вслед. - Я не актер, я сценарист.

— Играй неудачника, — улыбнулась она мне. — У тебя получится!

— Спасибо за комплемент…

Минут за 5 до команды «Камера, мотор!» — я основательно переписал первую сцену, и мы успели проговорить ее с Викторией Толстогановой.

— Обскакали нас. Ну неужели нельзя ничего больше сделать?! – спрашивала у меня — «адвоката!» — на выходе из суда главная героиня, директор дома престарелых, проигравшая иск финансовому воротиле Александру. Его роль в фильме блестяще исполнил Кирилл Сафонов.

— Ну, как вы не понимаете, это сложно, здесь все на деньгах построено, тем более они уже получили документы на землю, - доходчиво объяснял я ей.

Так начиналась «комедия» о реалиях сегодняшнего дня: богатые сильнее слабых, но в итоге побеждают любовь и вера в человечность.

Каждый, кто работал в кино, знает, что «звезды» — контингент специфический. А законы и нравы съемочного процесса часто напоминают порядки феодального общества. Но когда атмосфера на площадке восходила на пик «нервно-эмоциональной кульминации», «легенды экрана» переходили на крик, срываясь на ассистентов, а страницы сценария разлетались по площадке, подчеркнуто интеллигентное и доброе отношение ко всем без исключения членам съемочной группы сохраняла Вера.

- Тебе не холодно? – вдруг возникала она откуда-то в платке со своей чашкой горячего чая в руках. – И на душе теплело. Обиды, претензии уходили прочь. Казалось, что она одна успевала думать не только об успешном завершении нашей общей работы, но и о людях.

В отличие от подавляющего большинства знакомых мне российских актеров Вере Глаголевой была свойственна та совершенно искренняя и даже удивительная в наше время человечность. Она жила, общалась, работала без малейшего намека на заносчивую звездность.

Наш последний съемочный день был солнечным. Но снег, словно дожидаясь Вериной команды «Стоп, снято!», пышными сугробами лежал в этой белорусской деревеньке.

- Смена закончена, всем спасибо! – прозвучало под вечер в рациях долгожданное. И мы, движимые естественным после 10-дневного съемочного марафона желанием обнять своих близких, лица которых успели основательно подзабыть, разъезжались с площадки.

Дорога в Минск была долгой. Час – не меньше! Несмотря на ранние сумерки, я увидел, как вдоль дороги чернел и тут же — мгновенно! — таял снег. Обещанная оттепель вступала в свои права.

Я обернулся. На заднем сидении, сбросив платок, сидела Вера. Усталым взглядом, прижавшись лбом к стеклу, она посмотрела на весну, которая воцарялась на наших глазах, и, не глядя на меня, тихо сказала:

- Я же говорила, мы успеем…

Больше мы никогда не виделись.

ДРУГИЕ СТАТЬИ ИЗ РУБРИКИ Общество